Как Грузия реформировала армию: уроки для Украины

Как реформировать армию и не наступить на грузинские грабли. Тезисы из выступления экс-министра обороны Грузии Давида Тевзадзе

Экс-министр обороны Грузии Давид Тевзадзе (в правительстве экс-президента Эдуарда Шеварднадзе) 18 февраля выступил с докладом на Украинском форуме по обороне и безопасности - 2016. ЛІГА.net публикует основные тезисы с выступления.

%img1big%

Датой начала реформ вооруженных сил Грузии принято называть 1998 год. С тех пор, прошло 18 лет, но разговоры о новом этапе реформирования продолжаются, а значит, процесс, очевидно, далек от завершения. Тем не менее наш опыт, возможно, будет полезен для Украины. С той точки зрения, что Грузия, несмотря на все невзгоды (особенно это касается событий 1993 и 2008 годов) сохранила государственную независимость.
 

Читай также: Грузинский легион в составе ВСУ принимает американцев

Мне сложно быть полностью объективным, ведь я руководил реформами только на протяжении первых шести лет, а последние 12 лет, наблюдаю за процессом со стороны. Поэтому мои слова - это субъективное мнение. Но есть общепринятые факты.

Реформы в военной сфере Грузии были очень успешными - это факт признанный мировым сообществом. Что имеется ввиду? В 1993 года, на фоне событий в западной Грузии (Абхазия) армия, как и страна, фактически, ничего из себя не представляли. Сегодня Грузия является четвертой страной в мире, не входящей в Североатлантический альянс (НАТО), которая участвует в силах быстрого реагирования НАТО.
Реформы в военной сфере Грузии были очень успешными - это факт признанный мировым сообществом.
Второй успешный опыт - участие грузинского контингента в миротворческих акциях. Мы занимаемся миротворчеством с 1999 года. Грузинский флаг был представлен во всех горячих точках: в 1999-2008 годах - на Балканах, в 2003-2008 - в Ираке. В 2008 году Грузия, практически независимо, контролировала целую провинцию в Ираке. А начиная с 2010 года была представлена вторым по величине контингентом в Афганистане. Более того, Грузия совместно с партнерами, будет продолжать участие в строительстве вооруженных сил Афганистана, после того, как основные контингенты покинут страну. Также, с 2014 года Грузия выполняет стратегические задачи в Центральной Африке.
 

Читай также: Решающий год: три сценария окончания войны Кремля против Украины

С этих точек зрения, реформы можно считать успешными. Но все ли так гладко, как кажется на первый взгляд? Нет. 18 лет реформ я делю на несколько этапов.
 
1998-2004 годы - становление. Накануне назначения министром обороны, я спросил у президента Шеварднадзе: чего он от меня ждет? Он ответил, что ожидает, роста престижа армии. На мое уточнение, что он имеет ввиду, никакого внятного ответа не последовало. Это было оставлено на мое усмотрение. Из этого я вынес урок: когда ставится политическая цель, она должна быть как-то однозначно интерпретирована.

Мы ее интерпретировали следующим образом: внутри страны у нас мало механизмов для поднятия престижа армии. Следовательно, нужно найти ей применение за пределами Грузии. Мы форсировали этот процесс и уже в 1999 году наш взвод появился в Косово, а еще через год, наша рота была представлена в составе немецкой бригады. Это был определенный успех, но только в рамках вышеобозначимой цели.

К сожалению дальше, эта цель была гипертрофирована. Мы полагали, что применение грузинских военных в миротворческих операциях поспособствуют вступлению Грузии в НАТО. Тезис следующий: НАТО - это военная организация, если зарекомендуешь себя хорошо - тебя примут.
 

Читай также: Советник замминистра обороны Воронкова: Существование контрактной армии невозможно, пока проходит АТО

Это не совсем так. НАТО не только военная организация, но и политическая. Этот политический нюанс, не менее важен (если не более) чем военный компонент. Это нужно учитывать. Наше присутствие в точках конфликтов наращивалась, но параллельно, внутри страны, происходили другие процессы.

Не был сформирован общегрузинский политический консенсус на тему: для чего существует армия в Грузии. Это мешало на этапе становления финансированию армии, поскольку финансы полностью зависели от парламента.
 
Второй этап - 2004-2008 годы - шаг в неизвестность. Отсутствие общеполитического консенсуса привело к нарастанию подозрительности к армии со стороны политиков. Все эти годы политики старались сделать армию лояльной не государству, а своим политическим интересам. Это отражалось на назначениях и других вещах. В результате это привело к катастрофе 2009 года.
Грузия способна вносить серьезный вклад в глобальную безопасность. С другой стороны - Грузия не способна отразить внешнюю агрессию.
 
После этого процесс восстановления проходил очень сложно. Он также проходил в двух аспектах: внешнем и внутреннем. 2008 год очень плохо отразился на нашей международной репутации, потому что мы, фактически, оставили всех союзников и партнеров - поставили перед фактом, что мы прекращаем участие во всех международных военных операциях, потому что у нас началась война.

Что мы получили после 18 лет реформ? Есть факт - Грузия способна вносить серьезный вклад в глобальную безопасность. С другой стороны - Грузия не способна отразить внешнюю агрессию.
 
Поэтому я возвращаюсь к тому, с чего начал - что является объектом и целью реформ? Что мы хотим получить от армии? Это должно быть четко определенно, проинтерпретировано и на этот счет должен присутствовать общеполитический внутренний консенсус. После этого нужно планомерно добиваться поставленной цели. И вот это “добиваться цели“ нужно доверить профессиональным военным - они знают как это делать. И способствовать, но не мешать.  
 
Денис Кацило
Смотри также видео о грузинской армии:
%vid1%